Ей было 20 лет, когда началась Великая Отечественная война. Молодая, целеустремленная, как и любая девушка, мечтала о семье, большой любви; жила с яркой надеждой на безоблачное и счастливое будущее. Но война внесла в судьбу девушки свои коррективы: жизнь в блокадном Ленинграде, эвакуация, восстановление страны после той страшной войны…
Сегодня женщине 103 года. И, несмотря на все жизненные испытания, она по-прежнему активна и на жизнь смотрит с оптимизмом. «Вот только здоровье подводит...»
Хана Мардуховна Дворкина.
Познакомились мы в гериатрическом отделении Сургутской окружной клинической больницы. Женщина проходила поддерживающие здоровье процедуры и уже готовилась к выписке.
«Добрая и позитивная. Пример силы воли, преодоления трудностей, любви к жизни и окружающим людям!» — говорят о своей пациентке уважаемого возраста врачи и сотрудники отделения.
Перед выпиской, в канун 80-летия Победы, Хану Мардуховну от всего коллектива больницы поздравила заместитель главного врача по терапевтической помощи Александра Николаевна Варганова. Самые добрые пожелания здоровья и долгих лет жизни на радость детям, внукам, правнукам и всем, кто рядом!
Хана Дворкина родилась в декабре 1921 года в небольшом городке Жлобин в Гомельской области Белоруссии. Когда началась война, девушка заканчивала второй курс Ленинградского железнодорожного института - сдавала экзамены летней сессии. 22 июня — сопромат, оставалось еще 2 дисциплины. Юношей, на следующий день после объявления войны, призвали в армию и учёба для всех закончилась.
На город начались налеты вражеских самолетов. Заводы и учреждения спешно эвакуировали со всем штатом сотрудников. Тогда, в изолированном городе, из почти 1000 фабрик и заводов осталось около 50 — они круглосуточно работали на оборону.
Всех студентов железнодорожного вуза, оставшихся в городе, собрали в одно общежитие. Хана жила в комнате с двумя однокурсницами. В начале сентября 1941-го гитлеровцы заняли Шлиссельбург и окружили Ленинград. Были потеряны все гидроэлектростанции. Передача электроэнергии прервалась и с Волховской ГЭС. Доставка продовольствия в город стала невозможной. Полная блокада…
872 дня героизма, мужества, страданий и небывалой стойкости людей. Ханна Мардуховна вспоминает: «Движения транспорта не было. Ходили пешком, работали на заводах, учились оказывать первую медицинскую помощь, рыли окопы. Было такое, что нас немецкий летчик обстрелял. Мы до темна просидели в окопе и ушли пешком в Ленинград. Работали везде, где требовался наш труд».
А по ночам дежурили на крышах и в подъездах — тушили зажигалки. Зажигательная бомба весила около килограмма, немецкая авиация сбрасывала их кассетами. Корпус зажигалки изготавливали из горючего сплава алюминия и магния; начинка — липкий горючий состав.
Пробивной силы «зажигалки» хватало, чтобы прошить крышу, покрытую железом. Затем, на чердаке, срабатывал взрыватель — содержимое бомбы вместе с плавящейся оболочкой расплескивалось, прилипало к стропилам и возникал пожар.
И вот, пока взрыватель не сработал, нужно было ухватить зажигалку специальными щипцами и бросить в ведро или ящик с песком. Снаряд крутился и расплёскивался во все стороны. Справиться с ними было нелегко. И тушили их жители Ленинграда, в том числе и дети. Фашисты рассчитывали сжечь окруженный город вместе с населением.
Пожарные расчеты во время массированных налетов с тушением пожаров не справлялись. Воды не хватало, а к зиме все источники замерзли.
Было очень холодно. Буржуйки топили всем, что горит. В печь шли стулья, столы и другая мебель.
«Кусочек хлеба мы с девочками обменяли на 4 кирпича, сделали печурку. По вечерам все собирались вокруг нее и грелись. Со всех кроватей, которые были в общежитии, собрали матрасы и накрывались ими, чтобы не замёрзнуть». – Рассказывает Хана Мардуховна
Истощенные люди умирали от голода и болезней. На человека в день по карточкам выдавали хлеб: 125 граммов детям, служащим и неработающим, а тем, кто трудился на производствах, было положено 200 граммов.
Ханна вспоминает, как в общежитии украли у нее хлебные карточки на целый месяц.
«Все видели, что я в кармашек положила карточки, и кто-то украл. Карточки так и не нашлись, а мне выдали килограмм отрубей на месяц. Ложка отрубей на день…» У девчонок не было сил даже выйти с ведерком за водой.
В конце ноября 1941 года началось автомобильное движение по военно-автомобильной дороге, которая связывала по льду Ладожского озера блокированный Ленинград с восточным берегом. «Дорогой жизни» полуторками (ГАЗ-АА) в Ленинград стали доставлять медикаменты, продовольствие и прочие необходимые товары, а на обратном пути вывозили из блокадного города обессиленных людей.
Ледовую дорогу немцы систематически бомбили с самолетов, обстреливали из тяжёлой артиллерии, её атаковал немецкий десант. Против них стояли ПВО Балтийского флота, Ленинградского фронта и Ладожской военной флотилии. Оборону ледовой «дороги жизни» держали 8-я, 23-я и 54-я армии.
Хана с девочками из института эвакуировалась 13 февраля 1942 года. Этот день она помнит хорошо: как собирались, как добирались к переправе, как на морозе и холодном ветру загружались в полуторку. Как закинула свой чемодан в кузов, а сама не успела залезть – чемодан уехал, она осталась….
«И нисколечко не расстроилась», — говорит Хана Мардуховна. «Какие там вещи могли быть у студентки? Ни целых, ни чистых. Всё, что было – потрепалось. Да и сил таскать чемодан не было, приходилось применять усилия, чтобы себя как-то нести. А когда, следующим рейсом, перебралась на противоположный берег, чемодан стоял и ждал меня. Никому он был не нужен».
Затем была долгая дорога в глубокий тыл.
«Нас всех погрузили в эшелоны, и целый месяц состав ехал до Новосибирска. Бывало, что поезд 2–3 дня стоял в тупике. Это возможность помыться в бане. Моемся, дело доходит до мытья головы, а сил домыться не хватает. Банщицы, которые там работали, мыли нас и ревели. Такие худые мы были…»
В Новосибирск эшелон пришёл 6 марта 1942 года.
«Нас всех загрузили в бортовые машины и привезли на какой-то большой склад. По центру склада стояли штук 8 в ряд чугунных печек. Они топились каменным углём. А с двух сторон от печек рядами стояли нары. Нас там подлечили, откормили немножко, и мы пошли работать».
Хана работала помощником машиниста.
«А спустя какое-то время правительство решило, что студенты должны продолжить учебу. Всех вызвали в Москву. Поселили в общежитие Московского железнодорожного института. Так как на начало учебного года, на третьем курсе всего 5 человек было, учебу начинать не стали. Затем к нам пришли две девочки, которые окончили 2 курса института связи, и парень с девушкой из Одесского сельскохозяйственного института. Так и набралось 10 человек. Учёбу мы начали с 1 октября 1942 года».
На каникулах студенты ездили восстанавливать освобожденные нашей Армией города. Хана с однокурсниками принимала участие в восстановлении Сталинграда.
18 января 1943 года в результате операции «Искра» войска Красной армии прорвали блокаду Ленинграда. Хана к тому моменту училась на пятом курсе. Возвращаться студентам было некуда. Все здания промерзли, оборудование пришло в негодность или потерялось. Хана с однокурсниками на каникулах ездили приводить в порядок свой ленинградский вуз. Мыли потолки, окна, стены и т.д.
Когда объявили о Победе, у Ханы шла преддипломная практика.
«Днём стало известно, что, как будто, война закончилась… Велись такие разговоры среди людей. Все ждали объявления по радио. И когда по радио объявили о полной капитуляции фашистской Германии, мы с друзьями побежали на Красную площадь. Люди плакали от радости, пели, танцевали…»
Война у девушки отобрала дом и всех родных ей людей. Отец работал на фабрике в Смоленской области. Когда фашисты подступали, людей эвакуировали. Семья Ханы эвакуировалась одной из последних, т.к. у отца было задание - взорвать производство. Задание он выполнил, а эвакуироваться семья не успела. Обоз с родителями, двумя младшими сестренками, пятилетним братом и соседской девочкой, которая упросила родителей поехать с подругами, расстреляли фашисты…
Выпускнице Московского железнодорожного института возвращаться было некуда.
После защиты диплома Хану направили электриком на ферму в Великие Луки. Там она познакомилась со своим будущим мужем, который после освобождения из фашистского плена приехал в этот старинный русский городок. Поженились и уехали в Горьковскую область к родителям супруга. Работала инженером-электриком на мельнице, а затем инженером-электриком на заводе.
Хана с мужем воспитали двух детей, а сегодня у нее 10 внуков и правнуков. В 1989 году, когда мужа не стало, приехала в Сургут к дочери.
